Serguei Parkhomenko (cook) wrote,
Serguei Parkhomenko
cook

Categories:

История одной прачечной. Субъект второй: механический вертухай

ПРОДОЛЖЕНИЕ (Часть первая - здесь, Часть вторая - здесь)

Про законопроект о превращении российского госбюджета во всемирную отмывочную грязных денег помните еще? Две части нашего эпического "четырехптиха" вышли уже.

Ну так, значит, продолжим ревизию думских инициативников, которым обязаны поразительным законопроектом о превращении России в международный центр баблоотмывочной индустрии. Не каждый день ведь доводится нам видеть такие законодательные откровения: не часто нам честно и прямо признаются - все, что наворовано, будем спасать за ваш, драгоценные наши избиратели, счет.

Вот вам второй субъект законодательной инициативы. Думский единоросс Михаил Старшинов - в сущности, мог бы считаться типичным представителем нынешнего депутатского сословия. Хотите - смейтесь, хотите - плачьте, но в фигуре этой и правда немало такого, что следует считать классическим стандартом современного российского парламентария. Правда, в Старшинове эти типические черты иногда приобретают несколько гротескную, карикатурную форму, что ли.



Гражданин Старшинов родился в 1971 году в Москве. И до 2004 года не имел, - если судить по записям на бесчисленных справочных и информационных сайтах, по статьям в доступных нам справочниках и энциклопедиях, - никакой биографии. То есть вообще никакой. Совсем. Не осталось никаких записей: ни тебе "учился", ни тебе "женился", ни "был", ни "состоял", ни "участвовал". Нафинг, как говорят о таких случаях в странах вероятного противника.

Такая историко-биографическая дыра является в нашей политической действительности явлением нередким. И объясняется ее наличие обычно тем, что человек сколько-то лет служил, как это деликатно называлось в ранней послереволюционной литературе, вертухаем. Ну, в хорошем смысле слова, в расширительном, так сказать, понимании этого термина. То есть девушкам при знакомстве он теперь скорее всего рассказывает, что был разведчиком, и Родина забрасывала его с секретным заданием в глубокий тыл врага. А на самом деле он гремел ключами по тюремным коридорам, конвоируя всякую вошь сидячую туда-сюда, или долгими зимними ночами сидел кукушкой на лагерной вышке. Но это в худшем случае, конечно. В несколько лучшем - служил уличным топтуном, то есть в наружке. Или простым оперативником в какой-нибудь областной гэбухе. А если совсем уж повезло - личником, то есть торчал в охране за спиной какой-нибудь важной шишки. А что: лось здоровый, рост и комплекция вполне позволяют, так что отчего б и не прикрыть чью-нибудь спину, исполняя фирменный прием "гребенка" при выводе клиента из служебного "Майбаха".

Уверенности в таких предположениях существенно прибавляет тот факт, что субъект на долгие годы сохранил непреодолимую склонность к занятиям частным охранным бизнесом. Каких только ЧОПов за ним не числилось раньше, а некоторые, что греха таить, до сих пор висят на нем, согласно данным Единого государственного реестра юридических лиц, как на учредителе. Тут тебе и ЧОП «Инфаст», и ЧОП «Медведь», и много-много-многопрофильное ООО «ОНТОНС-М», и еще какое-то таинственное ООО «МДС».

Забегая несколько вперед, скажем, что был в трудовой биографии Михаила Старшинова непродолжительный эпизод
с пребыванием на более мирной, вроде бы, должности заместителя председателя правления крупного коммерческого банка - ОАО МАБ "Темпбанк". Да вот только сдается мне, что сферой ответственности этого зампреда была, опять-таки, безопасность. Знаете, как в банках это обычно заведено?.. Типа, "отдел коллекторских работ", "служба риск-менеджмента". Ну, там, навести справки про потенциального крупного заемщика. Установить наличие обременений на предлагаемое в залог имущество. Провести переговоры с кредитополучателем в случае затруднений с обслуживанием задолженности. Пробить клиента по базам. Ноги кому-нибудь переломать. Яйцы оторвать. Башку открутить... И так далее. Такой, знаете ли, особенный хьюмен рисерч в сфере кредитно-финансовых услуг.

Но вернемся к хронологии. Просидев, наподобие Ильи Муромца, ровно 33 года в полной биографической неизвестности, Михаил Старшинов наконец обрел первую, после года рождения, дату в своем куррикулюм витае: в 2004-м он вдруг одержался идеей немедленного получения высшего образования. В результате чего внезапно окончил, будучи урожденным москвичом, почему-то Челябинский институт физической культуры. Но так его на эти ученые корочки пробило, что уже год (ОДИН ГОД!) спустя, в 2005-м, он с размаху получил еще и диплом Санкт-Петербургского университета МВД.

Как водится, более или менее в то же время защитил он еще кандидатскую диссертацию. Нормальное, привычное дело в нашу эпоху первоначального накопления научной элиты: диссертация эта, вместе с авторефератом, отсутствует в Ленинской библиотеке, сведений о ней нет ни в каких общедоступных источниках, тема ее, название, время и место защиты, имена научного руководителя и оппонентов никому не известны. Зато на визитных карточках Старшинова красуется строчка "Кандидат юридических наук". Ничего страшного: какие у нас нынче юридические науки, такой в них и кандидат.

Отвлекаясь на секунду от повествования, позволю себе все-таки с удовлетворением заметить, что Диссернет, похоже, уже не остановишь: рано или поздно мы всех их переловим, разденем и в голом виде выставим, с их ворованными "диссертациями" в зубах, на всеобщее посмешище. Но об этом как-нибудь отдельно. Пока просто занесем очередного клиента в наш черный молескин, для памяти.

Так вот. По окончании университета МВД, биография Михаила Старшинова опять затекает под какую-то корягу, и куда пролегает ее русло разглядеть отчетливо не удается. По некоторым источникам, был там, кажется, какой-то неясный бизнес, какой-то непонятный пост в "Роскосмосе", какое-то не обозначенное ни в каких реестрах "Волнетех Икв Инк" неизвестного нахождения и происхождения, на 100% записанное за нашим героем. Ну, а дальше сразу - вышепоименованный "Темпбанк".

Банчок - ничего такого себе особенного, в середине второй сотни участников рейтинга российских кредитных учреждений. Громче всего прославился за свою историю в тот день, когда некий советник его правления Дмитрий Ефремов был упомянут Департаментом экономической безопасности МВД России в качестве участника преступной группы, занятой незаконном обналичивании и отмывании крупных денежных сумм. По данным следствия, через группу банков, к которым относится и "Темпбанк", проходило в те былинные поры более 2 миллиардов рублей ежемесячно.

Впрочем, нет: кроме этой внезапной известности по прачечному делу, "Темпбанку" пришлось еще некоторое время поблестать в новостных лентах и аналитических колонках, когда выяснилось, что один из его крупнейших акционеров, Александр Бабаков, стал сначала вторым человеком в партии "Родина" и в ее думской фракции, а затем - после удаления в недолгую опалу Дмитрия Рогозина - возглавил это своеобразное политическое образование. Вместе с таковым образованием Бабаков, когда пришел ответственный и славный час, пробивший непосредственно на кремлевских курантах, влился в партию "Справедливая Россия". А вместе с Бабаковым туда же ровно влился и обозначившийся в ближнем круге его соратников коллега по "Темпбанку" Михаил Старшинов. Вскоре ему доверили важную и ответственную должность руководителя Оргбюро Центрального Совета партии: то есть они с Бабаковым реально управляли "Справедливой Россией", пока номинальный вождь и вдохновитель Сергей Миронов боролся за повышение всероссийского поголовья выхухолей и гастролировал по стране, художественно читая на память с выражением поэму Марины Цветаевой «Стенька Разин».

С тем же Бабаковым же Старшинов и вылился обратно же летом 2011 года. Он это сделал одним из первых в большой группе депутатов-"эсэров", которые опрометью бросились от любимой партии врассыпную, как только Миронова показательно выперли из председателей Совета Федерации. И как только Александру Бабакову, за коим к тому моменту прочно укрепилась репутация "кошелька партии", разрешили освободиться от тяжкого финансового бремени, что он дисциплинированно нес и в "Родине", и тут. Так Старшинов в привычном уже положении, не отлипая от Бабакова, переполз в "Единую Россию".

Ну, и там, наконец уже, обрел себя окончательно.

Если на протяжении последнего года вы когда-нибудь испуганно задавали себе вопрос, насколько же страстно эти взрослые, холеные, балованныме люди с депутатскими удостоверениями в карманах должны любить свой депутатский стул, чтобы с такой готовностью, такой радостной преданностью отдаваться воле помыкающего ими начальства, - знайте: это вы следили за работой Михаила Старшинова. Вы, правда, могли и не обратить внимания на то, что это именно он, Старшинов, - но это уж скорее ваша, чем его неудача.

Возможно, вам при этом не сразу запоминалось его лицо, его голос, его имя. Ничего удивительного: это профессиональное, назовем так, охранное. Это такой универсальный навык, выработанный многолетним пребыванием в топтунах. Есть, вроде, и какие-то другие тут, в Думе, люди: более яркие, более страстные, более шумные, более впечатляющие. Но это только кажется, что они играют какую-то особенно важную роль. На самом деле - Михаил Старшинов их всех гораздо эффективнее.

Помните, как Государственная Дума официально потребовала представить депутатам информацию о зарплатах журналистов "Первого канала", имеющих иностранное подданство? Это был Старшинов: он составил соответствующее формальное поручение комитету по безопасности и противодействию коррупции.

Помните, как после этого в Думе стали готовить специальный законопроект, которым предлагалось закрыть доступ на федеральные государственные телеканалы иностранным гражданам, "если своими высказываниями они дискредитируют Россию и ее органы госвласти"? Это был Старшинов: он составил и подписал от имени "Единой России" письмо об этом, которое отправилось Владимиру Познеру.

Помните, как в Думе поднялась форменная истерика после поездки Дмитрия Гудкова в США, и раздались требования законодательно запретить депутатам "несанкционированные" парламентским большинством контакты с иностранцами? Это был Старшинов: он и имитировал эту истерику.

Помните удивительного человека с косой улыбкой на неподвижном лице, который перед телекамерами потребовал "изымать все деньги у НКО, не уведомивших государство об источниках финансирования", . Это был Старшинов: он уверял и прессу и коллег, что этим деньгам вот сию же минуту можно найти более полезное применение.

С законом об "иностранных агентах" у Старшинова вообще сложились особенные, почти интимные отношения. Закон этот, если кто не помнит, представлял из себя первый опыт специального назидательно-карательного законопроекта, принимаемого не потому, что в нем была какая-то практическая нужда, а потому что нужно было продемонстрировать стране и миру (особенно миру) некоторую специальную решимость, специальную свирепость и специальную готовность впадать в коллективное бешенство по команде сверху. Для этого был изобретен и впервые внедрен особый прием "депутатской психической атаки" на публику: это был прием тотальной законодательной инициативы, когда формальными "инициаторами" законопроекта записали весь состав Государственной думы поголовно, за исключением нескольких особо отчаянных диссидентов.

Однако были у законопроекта и реальные, а не демонстративные, вносители-подписанты, - те, которые исполнили всю предусмотренную правилами думского документооборота "техническую" процедуру запуска законодательной инициативы. Этими депутатами были Яровая, Красов, Сидякин, Шхагошев, Никонов и... ну да: Старшинов.

Незадолго до того, когда сочиняли другой законодательный "бестселлер" Госдумы прошлого года - пакет законодательных поправок, устанавливающих новый, драконовский режим в области организации митингов, демонстраций и прочих массовых мероприятий, - "психическая атака" еще не была изобретена. Однако к составу инициаторов, которым доверили внести сочиненный в Администрации президента текст как будто бы от своего имени, - подошли с большим разбором и ответственностью.

Естественно, без такого проверенного кадра, как Михаил Старшинов, тут дело обойтись не могло. Оно и не обошлось. Он все, в который уж раз, прилежно исполнил, как велели. Не подвел. Причем, не подвел оба раза.

А что, вы не помните, как было тогда дело? Ах, да. Никто ж этого не помнит: совершенно эта история успела выветриться из головы.

Никто теперь кроме нас, въедливых и дотошных исследователей всего этих напластований парламентского навоза позднепутинской эпохи, не упомнит теперь, что законопроект, которым Кремль отвечал на Большую Белую Волну городского протестного движения зимы и весны 2012 года, вносился в Думу дважды. Два было последовательных подхода к снаряду, именно.

В первый раз - 16 апреля 2012 года. Заметьте - до всяких неприятностей 6 мая. Просто под впечатлением от всего случившегося на разнообразных Болотных и Сахаровых, от страха перед Белыми Кругами и от непонимания, как быть с кольцевыми автопробегами. В том законопроекте присутствовал уже весь букет мер, вводящих заведомо абсурдные наказания для потенциальных организаторов уличных акций протеста. И принудительные общественные работы в качестве наказания были уже предусмотрены, и штрафы адские, - все уже на месте.

Однако уже 10 мая - в первый же думский рабочий день после кровавых провокаций на Болотной и последовавшей за ними волны идиотских "хватаний" на московских бульварах, - был с дикой скоростью внесен ЕЩЕ ОДИН законопроект, на ту же тему, по тому же поводу, с поправками к тем же статьям действующих кодексов. Но только предусматривающий в десятки раз более жесткое наказание. Штрафы - до полутора миллионов рублей... Сотни часов принудительных работ...

Причем, внесли этот второй законопроект ТЕ ЖЕ САМЫЕ ДЕПУТАТЫ, что и первый. А чего? Им велели один внести - они внесли. Велели второй - внесли и второй. Про то, что на эту же тему уже имеется одна инициатива, в Кремле забыли, а из Думы просто не решились напомнить. Спустя какое-то время спохватились и первый вариант тихо отозвали...

Вот, поглядите на сравнительную таблицу наказаний, предусмотренных первым законопроектом, вторым, а потом и итоговым текстом принятого закона. Это и называется "законодательная истерика": когда сочинитель проекта в бешенстве, проламывая пальцами клавиатуру, забивает в текст идиотские, заведомо невыполнимые нормы.

штрафы2

И оба раза в списке депутатов-инициаторов законопроектов - вместе со служивыми коллегами Зотовым, Красовым, Курбановым, Макаровым, Сидякиным, - наш бывалый Старшинов Михаил Евгеньевич. Куда ж без него.

Ну, и венчает законотворческое наследие нашего героя - крупнейшая постановка "тотального театра" Государственной Думы – антимагнитский, он же антисиротский, закон. Тут уже никаких "простых" депутатов в первую шеренгу не пустили. Письмо о внесении законопроекта на рассмотрение приказали подписать лидерам всех думских фракций. И только потом специальными письмами на имя председателя Госдумы о "дополнении состава инициаторов законопроекта", принялись повзводно сгонять депутатов в строй, собирать их в монолитное каре, демонстрирующее единство и преданность Государю. Понятно, что Старшинов протырился в одно из первых таких писем, занял тут положенное ему место на виду, среди отличников.

В общем, резюмируем: в случае депутата Старшинова Михаила Евгеньевича мы имеем дело с почти совершенной моделью депутатского законобойного робота. Заводится с полоборота, уверенно, повинуясь легкому пинку, берет с места, тащит ровно, мощно, без сбоев, в нужные моменты дает окружающим о себе знать громким утробным рычанием. А главное - управляется фактически одним пальцем: идеально чувствует хозяина.

Это вам не трепетный соискатель монарших милостей сенатор Цыбко, еле-еле удерживающийся в столице, на честном слове полуотставленного губернатора и смутных обещаниях полуразочарованного покровителя. Это уж человек, снискавший себе высочайшее доверие, доказавший свою надежность и безотказность.

Да и не зря заслуги его перед троном отмечены подобающим образом: почетная, хотя и несколько хлопотная, должность одного из четырех (всего-навсего четырех! на всю страну!) координаторов Общероссийского Народного Фронта - случайному человеку не достанется. А Старшинову доверили координировать, в преддверии назначенного на 11-12 июня Учредительного Съезда ОНФ целых два федеральных округа - Южный и Северокавказский. Большая, редкая честь.

Ведь путинский Народный Фронт - это не то что давешняя партия. Это вам не "Справедливая Россия", куда взяли из "Родины" только тех, кто поклялся никогда больше на сторону не смотреть, своего мнения не иметь, инициативы лишней - хоть и из лучших верноподданнических побуждений - не проявлять. Это вам даже и не "Единая Россия", куда взяли из "Справедливой России", только тех, кто рыдал и ползал "деденька-начальник-миленький-не-губи-никогда-больше-так-не-буду-вредная-хитрая-сука-попутала-сам-не-знаю-как-получилось".

Народный Фронт Владимра Владимировича Путина - это совсем другое. Это как волшебный, сверкающий ковчег, в котором спасутся от надвигающегося потопа самые надежные, с самыми потрохами преданные, свободные от подозрений и сомнений хозяина, воистину полезные твари. И не обязательно даже - по паре. Можно и целыми думскими комитетами. А можно, наоборот, по одному, в индивидуальном порядке.

Надо ли удивляться, что такому проверенному, солидному кадру досталось ответственное задание - выйти с инициативой особо ценного, сложного, но и рискованного (с точки зрения восприятия его окружающими), законопроекта. Сенатору Цыбко пришлось долгой и мелкой хитростью добывать себе эту большую честь. К Старшинову - сами пришли и сами все дали. Как у классика.

Тут все понятно, логично. А вот в случае с третьим, и последним, субъектом удивительной инициативы, логику нащупать оказывается гораздо сложнее.

(ОКОНЧАНИЕ СЛЕДУЕТ)

ЧАСТЬ ЧЕТВЕРТАЯ.

Tags: Прачечная
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 27 comments